Введение. Бой за место в жизни
Юристом я мечтал стать с отроческого периода жизни. Вернее, прокурором. Не то что я потомственный, нет. Просто мама зажгла во мне эту звезду. Она рано ушла, но огонек во мне остался.


Окончив школу, я сдал документы на юридический факультет университета. Сдав успешно экзамены, уже был готов увидеть свое имя в списках зачисленных, но к удивлению и досаде своей, в списках зачисленных меня не оказалось. Не хватило баллов для поступления. На экзаменах видел, что некоторые ответить не могли на вопросы и даже не писали и не списывали вовсе, но были зачислены. Я сразу понял, что дело не в знаниях, а в соответствующем блате, обеспеченности семьи и общественном положении родителей. Ничего такого у меня не было. И я сделал выводы.


В университете не было музыкальной группы, ранее она называлась вокально-инструментальный ансамбль (ВИА). И я решил ее за год создать.


Еще в школе я баловался барабанами. И довольно неплохо получалось. Удавалось даже зарабатывать на свадьбах.


В универе был клуб и формально в нем была заведующей руководитель секции национального танца. Какой-либо работы она в целом по клубу не проводила, лишь была сосредоточена на своем увлечении. Она же и пообещала мне походатайствовать перед ректором о принятии на работу заведующим как более подготовленного специалиста.


Уговорив одного из видных организаторов шоу в городе попытать счастья в клубе университета и тем самым легализовать себя, я попал с ним, не без труда конечно, на прием к ректору университета.


Как ни удивительно, ректор был озабочен культурной жизнью университета и исходя из рекомендаций, полученных из нами же созданных источников, дал согласие на прием на работу заведующим клубом университета моего визави.


За три месяца мы набрали музыкантов и создали соответствующий для группы репертуар. Вторую половину года мы уже выступили на конкурсе и завоевали звание дипломантов конкурса.


Тут подошло время и для вступительных экзаменов в университет. Как и полагается, я сдал документы, прошел экзамены. Но увы, опять пролетел.


Уже после всего до ректора довели ситуацию со мною, он поохал, мол, что ж не предупредили раньше и был таков. В качестве утешения мне сказал, что в час Х чтоб я сам обратился к нему.


Досадно. Но я не отчаялся. Стиснув зубы, начал вновь прорываться. Единственным утешением было творчество, создаваемое нашей группой. А тут подошла эпоха дискотек.


Поставить колонки в зале для озвучивания модной в те времена музыки и оснастить зал цветомузыкой много ума не надо. Мы пошли дальше. Заинтриговали ректора, слава богу, человека передового и амбициозного. Он дал нам отмашку и немного денег для покупки звуковой аппаратуры. Надо было найти талантливых специалистов по свету и создать, собственно, этот свет. В то время дискотека для Союза было дело новое и купить можно было только театральное освещение. Но с помощью сноровки определенной, «мозгов» и талантов молодых спецов мы создали отличный свет для дискотеки, заодно в аэропорту приобрели за ящик пива стробоскоп, фишку того времени. И пошло-поехало. Кроме танцев, стали создавать тематические программы, которые стали завоевывать первые места. Дошло до того, что дискотечная команда, уже после, была приглашена на Олимпиаду-80 обслуживать и развлекать спортсменов и гостей.


На третий год я уже был зачислен в университет и стал студентом юридического факультета. Началась учеба.


Живое дело
Я жил и работал адвокатом в столице. Дела шли неплохо. Я старателен и скрупулезен, понимаю суть законодательства, был в числе первых кто начал применять в работе судебную практику. Были серьезные клиенты. В их числе одно из крупных подразделений РАН и ведомственная медицина одного из федеральных министерств, иные юридические лица. Отбивал многосерийные атаки рейдеров, помогал людям отстаивать права и интересы. Практически всех клиентов отстоял.


Как-то ко мне заехал сослуживец по работе в органах прокуратуры. Мы вместе начинали в одной из союзных республик, доверяли друг другу и сдружились. После того как Союз распался, нас раскидало. Он поработал прокурором, а затем был выбран главой одного из районов южных регионов страны. Ну, как полагается, посидели и повспоминали былое, и тут он мне предложил переехать и помогать ему: «Ну что ты тут в Москве нашел? А там живое дело, масштабное. Я начал район поднимать из руин, трудно без верных людей. Тыл не прикрыт».


Москву я полюбил, прожил более 15 лет, но достали пробки, гарь и выхлопы, суета бестолковая, сфальсифицированные продукты в магазинах и главное — отсутствие солнца. Посчитал еще: в году всего от 60 до 90 полных дней солнечно. Посоветовался с семьей, убедил их и в тот же год переехали.


Провинция, конечно, но 320 дней в году солнце! Продукты фермерские, чистые, дороги прекрасные. Воздух кристальный, а вода артезианская. Ночью тишина, небо глубокое днем и ночью. Что до моря, что до гор по часу езды. Прелесть! Во второй половине февраля тюльпаны начинают расцветать, а зима приходит только в декабре и относительно теплая зима.


Район небольшой, 200 тысяч населения. В советские времена район был сельскохозяйственный, средненького уровня. В девяностых был разграблен местными хапугами. Ничего от колхозов и совхозов не осталось. А ведь все ранее держалось на них. Разруха. Руки опускались. Работы было непочатый край, но, главное, мы знали, что делать.


К тому времени главой мой друг проработал около пяти лет и, по его словам, потратил их на борьбу с различными кланами, недовольными подходами нового главы. Били его и сверху и снизу. Но выдержал и устоял. Элита и население в него поверили. Он был искренен, с народом не заигрывал и старался фанатично.


Главная задача стояла привлечь инвесторов в район. Но вначале для этого надо было с преступностью и «крышами» разобраться, «смотрящих» и прочих разогнать, лишить криминал основной материальной базы.


У нас еще с предыдущей работы в органах прокуратуры опыт имелся соответствующий. Мы с моим другом прям со студенческой скамьи были отправлены по направлению Прокуратуры СССР в одну из южных союзных республик. Москва приводила в порядок союзную республику, прям как сейчас в Дагестане, и в целом удавалось, а по некоторым основным показателям, не системным, вполне успешно. К примеру, в республике, к началу нашей компании в 1982 году, были зафиксированы с помощью специальной космической и авиатехники около 800 гектаров посевов опийного мака, наиболее опасного продукта, из которого делали гашиш и морфин. А конопли было вообще не сосчитать. Вроде просто — взять да и сжечь. Однако этим бизнесом занимались все руководители республики, от мала до велика. У каждого имелись соответственно его положению положенные ему наделы, измеряемые в гектарах. Объясняли это традициями этноса. Население потребляло в медицинских целях сырье опийного мака, так называемый терьяк, от малышей до стариков. Матери давали детям микроскопические дозы в молоке, чтоб дезинфицировать, обезболить и успокоить, а взрослое население и старики разбавляли дозу со спичечную головку в зеленом чае и пили, иногда с водкой.


Совместными усилиями, с поддержкой, конечно же, Москвы удалось организовать и провести агрессивную профилактическую компанию и разноплановыми мерами сократить посевы за 3 года с зафиксированных с космоса 800 га до 0,20. До минимума сократили и посевы конопли. Короче, разрушили массовый бизнес.


Но вскоре Союз распался и нас, весь десант, попросили вовсе. На Верховном Совете республики рассмотрели вопрос о работе руководящих кадров органов прокуратуры некоренной национальности. Мой друг переехал в РФ на год раньше, ну а мне успели попытаться отомстить, через жену. Мы продали квартиру и при посадке в самолет жену задержали с 3 тысячами незапрещенных долларов США, окончательным расчетом за квартиру. Возбудили дело о контрабанде и чуть было не посадили ее. Благо остались порядочные люди в судах республики. Вспомнили заслуги мои. Оправдали.



Мой криминологический практический опыт пригодился и в отдельно взятом районе. Если глава занимался этим косвенно, то я занимался этим в масштабах союзного региона. И результаты были успешные. Удалось это нам и в районных масштабах. Но уже на другом управленческом уровне.


Надо понимать устройство общества. В структуре любого социума на любой территории присутствует часть людей, занимающихся преступным промыслом. Это люди, у которых жизнь по разным причинам сложилась неудачно и привела к зарабатыванию на жизнь преступным, запрещенным, путем. Где-то их больше, где-то меньше, но на другую часть населения они имеют определенное негативное влияние. Избавиться от них полностью практически невозможно, изолируешь одних — появятся другие. На территориях свыше 30–40 тыс. человек обычно среди криминалитета идет борьба за главенствование. Появляется у них старший, так называемый «смотрящий». Основная его функция отвечать перед «старшими товарищами» за территорию, координировать имеющийся криминалитет, собирать деньги в «общак» и часть переправлять тем «вышестоящим», поддерживающим его статус.


Конечно, смотрящий сам активно ищет на территории чем поживиться, нагоняет страх на источники средств, организует различного рода провокации и прочее. Источники средств разные, но наиболее существенные это «крышевание» предпринимателей и сбыт наркотиков. Это описание грубое, но точное по сути.


Эти «раковые» опухоли в обществе очень серьезно влияют на климат и настроение людей и, не разобравшись с этой бедой, нечего было и думать о развитии территории.


Короче, надо было начать с этой части общества.


Начали со «смотрящего». Воспользовавшись конкуренцией в среде авторитетов на территории, инициировали аккуратненько в районе и в Москве, конечно, процесс смены смотрящего, «выбрали» местного, но тихого, мирного и, главное, разумного и понятливого. Чтоб не мешал и держал все в допустимых пределах. Получилось.


Далее надо было лишить криминалитет «кормушки», материальной базы. Провели совместно с силовиками работу среди предпринимателей района и гарантировали им поддержку и безопасность. С «крышеванием» предприниматели стали охотно обращаться к силовикам, а те охотно их выслушивать и реагировать на жалобы эффективно. За пару лет в целом криминалитет пригнули, а от наиболее «бойких» избавились в законном порядке. Дальше дожимали и не пускали в район. Объявили район «красным».


Одновременно это сыграло на руку основным районным правоохранителям, они тоже отчитались перед своим руководством об успехах. Ведь прежде всего это их компетенция. Но лавры эти нам были не нужны. Главное было в другом. Таким макаром нам с правоохранителями удалось сплотиться. Начали слышать и понимать друг друга.


Параллельно развернули работу по лишению кормовой базы в виде наркобизнеса.


Это самый губительный для населения. Если серьезно ему не противодействовать, обычно через год-два максимум буквально на глазах количество наркоманов на территории увеличится вдвое-втрое, потенциал среди взрослого населения для этого есть. Но это не главная беда. Это раковая опухоль разрастается молниеносно и начинает распространяться среди молодежи, студентов. Появляются дилеры в учебных заведениях, а далее все это очень быстро переходит в школы, преимущественно в старшие классы.


Мы объявили войну этому. С помощью прокурора и начальника ФСБ и председателя суда поменяли старого начальника наркоконтроля. Поставили нового, который начал давить и изживать наркокриминал, дилеров и поставщиков, наркопритоны. Судьи стали давать сбытчикам, дельцам и наркопритонщикам реальные и длительные сроки.


В учебных заведениях начали проводить агрессивную антипропаганду, наглядную агитацию разработали, действенную, а на лицевую стену каждой школы повесили баннер о том, что это территория без наркотиков. Обязали каждого директора школы, завуча и преподавательский состав воздействовать на учеников. Возле каждой школы поставили наблюдателей из добровольцев. Лучшие методисты, воспитатели и педагоги разработали единое методическое пособие для учебных заведений, которое впоследствии распространили среди школ всего региона. Короче, создали систему.


В этой работе мы также преуспели. Уже в 2008 году среди 24 тыс. школьников не было ни одного потребителя наркотиков. Узнавали мы это просто. В каждой школе создали профилактический кабинет, закупив соответствующее оборудование, и проводили добровольное, с согласия родителей, профилактические осмотры каждого ученика доступными методами с помощью приглашенных специалистов наркодиспансера. А уж если находили, это было ЧП огромного масштаба.


Раскрутив эту махину, всего за 2 года удалось нам всеобщими усилиями добиться реальных результатов. Район очистился от скверны. «Крышевание» прекратилось, а наркоту «старые наркоманы» были вынуждены приобретать за пределами района, на других территориях. Правда, увеличилось число алкоголиков, но спецы нас уверяли, что это больные наркоманией из-за недостатка вынуждены заменять наркоту на алкоголь.


Но этого было мало. Мы стали строить в районе современные спортивные многофункциональные площадки, а директоров школ обязали предоставлять спортивные залы ученикам вместе с их родителями после школьных уроков до 9 вечера.


Короче, район не только зачистили, но и создали площадку для развития.



Не секрет, что основная проблема ныне на местах это потеря управляемости. В советские времена все замыкалось на первом секретаре партии. Он руководил и направлял, остальные ветви власти, включая правоохранительные и контрольные, не смели ослушаться. Оттого и власть была крепкая и вертикаль серьезная. Были, конечно, и злоупотребления, но, главное, была управляемость. А развалилась власть, а за ней страна, потому что стала декларативна. Пообещали, не получилось фактически, но приписали и отрапортовали. В конечном результате страдает народ. А тут наша элита обрела коммерческий дух и пошло-поехало. Ведь всегда мало…


Сейчас же первое звено государства, т.е. районное, безвластно. В районах нашего государства единой власти нет. Есть местная власть — администрация, есть еще власть правоохранительная и контролирующая — под прокурором чаще, а есть еще и власть судебная. А во главе те же люди, со своими амбициями и недостатками, комплексами. А имеются еще и элиты местные. Их же ведь тоже сплачивать необходимо, а с таким разновластием и «болтанкой» путного ничего не получится.


Вот и получается в первом наиболее важном, так сказать «приземленном», звене государства функционирует система «лебедь, рак и щука». Кто куда потянет. Попробуй в таких условиях что-нибудь создать. Для себя я представляю всю эту конструкцию в целом примерно как Колос на глиняных ногах. Есть федеральная власть, крепкая и финансово обеспеченная, региональная, тоже ничего, и местная, на земле, — безвластная, финансово не обеспеченная аж от 50 до 70 процентов от нужд, раздираемая распрями и амбициями местных представителей федеральной и региональной власти и элит.


Теперь стояла задача привлечения инвесторов и поддержка местных производителей. Надо создать климат деловой. Ведь природа одарила район прекрасными климатическими особенностями: солнце, воздух и земля, вода. Стали опекать местных производителей. Не «крышевать», а именно опекать. Наехал если кто-то, начинали и мы разбираться с проблемой. У власти региональной и местной, которую мы представляли, законных полномочий влиять на правоохранительную систему нет, но при умении определенном это вполне возможно. Что и удалось. Оттого и правоохранители стали поосторожней в выборе «жертв» и «методов». Этим занимался я. Квалификация соответствующая имеется, опыт работы тоже. Стали уважать и прислушиваться, обсуждать и принимать во внимание позицию. Удалось создать баланс сил. Имелось понимание, кто ж все-таки ключевой игрок, с ним и наладили теплые отношения. Благо человек воспитанный и культурный оказался, с пониманием. Стал нас поддерживать. Кто-то скажет нелестное, он остановит мягко, поправит. Ведь он же видит, что не себе на карман работали. На дело и для дела, для процветания района.


Интересно вот как решил глава систему откатов. Хочешь муниципальный заказ, вон смотри детсад или поликлинику первый этаж хотя бы надо отремонтировать, согласен? ДА. Вперед. Ведь денег ни на что не хватает у местной власти, а кругом разруха.


А люди у нас в целом разумные. Предпринимателей самих захватывал такой оборот. Они порою и свои деньги добавляли, если не хватало, но доделывали. И хорошее дело сделал и себе авторитету добавил — по телевизору местному грамоту вручили за дело, в газетах и по радио пропиарили, да и на душе солнышко засветило. Лицом светиться стал.



Судя по всему, пошла молва. Стали крупные «ребята» приезжать на переговоры, осматриваться, прикупать землю и осуществлять проекты. От садов и теплиц в сотни гектар до строительства фабрик и заводов. Даже иностранцы заехали.


На форуме в Сочи договорился о поддержке губернатора в строительстве фабрики именно в нашем районе глава международной корпорации с центральным офисом в Дубае. Спросили его, а почему там, а не в другом месте. «Я ему верю», — показал на нашего главу. Вот за пару лет он и построил у нас 3 фабрики, 1 завод, громадную теплицу и сад разбил на 200 гектаров. Из Москвы владельцы миллиардов стали заезжать, прикупать землю и строить производство.


А тут и свои начали подниматься. Небольшой мебельный цех в 20 человек за три года преобразился в мебельную фабрику штатной численностью 230 работающих. Пришел, попросил землю для крупного производства, дали. Быстро, по-капиталистически отстроил и работает. И так не с одним заводом или фабрикой, а с десятком, не менее.
(С) Практик Solis Ortus